Подписка на новости

 

Алёна Апина вне сцены

Алена Апина
АЛЕКСЕЙ НИКОЛАЕВ: Сегодня у нас в гостях дважды лауреат премии «Овация», лауреат фестиваля «Золотой граммофон», неоднократная участница «Песни года», лауреат премии «Звезда», заслуженная артистка России - Алёна Апина.

Алёна, сегодня мы будем говорить о вашем творчестве, немножко поговорим о вашей личной жизни. Но обещаю, что вопросы будут достаточно корректные. Известно, что вы родились в Саратове и начали заниматься музыкой с пяти лет. И главной вашей мечтой всегда было пианино. Кто или что повлияло на ваш выбор, ведь известно, что дети не очень хотят заниматься музыкой, всегда плачут, держа в руках скрипку, или сидя за роялем?

АПИНА: Кто вам сказал, что дети не хотят заниматься музыкой? У меня, например, дочь с семи месяцев сидит за пианино. Ей доставляет большое удовольствие нажимать кнопки и экспериментировать. Я не знаю, в генах у нее это, или как. Мне известно большое количество детей, которым это нравится. На мой выбор повлияла девочка-соседка, я даже не помню, как ее зовут, ей первой купили пианино.

А кто занимался вашим воспитанием в детстве?

АПИНА: Сама.

То есть вы сами принадлежали себе?

АПИНА: Да. И я считаю, что это самое главное, что произошло в моей жизни. Сейчас я сама стала мамой, и стараюсь особо не лезть в жизнь дочери, потому что постоянно навязывать: «туда не ходи, этого не делай, бу-бу-бу» - мне кажется, это не правильно. У меня были достаточно молодые родители, они занимались своей жизнью, им было не до меня, бабушка - постольку-поскольку, лишь бы была сыта и обута, и до какого-то момента это было хорошо.

А какое у вас самое яркое впечатление детства?

АПИНА: Знаете, у меня детство было какое-то совершенно другое, может быть, оно не было таким ярким и красочным, как у современных детей. Конечно же, не было заграничных поездок, не было такого количества игрушек, информации, телевизора, мультиков, каких-то кумиров придуманных, - ничего этого не было. Но какое-то ощущение счастья от этого времени - оно осталось.

Рядом с нашим домом был овраг, и мы там зимой лихо съезжали с горки на санках, на фанерках. Летом мы большой компанией катались на велосипедах. Не могу сейчас все это словами объяснить, почему вдруг я об этом вспоминаю с таким чувством. Вроде ничего такого - просто дом, рядом помойка, причем, городская, рядом - железная дорога, испытательный полигон авиационного завода, - можно себе представить, что это такое. В общем, это была самая окраина, никаких чудес там быть не могло. Но, все равно, ощущение счастья осталось.

Вообще, все вспоминают с теплотой о детстве, даже если помойка была - то она родная все равно.

АПИНА: Конечно. Я об этом и хотела сказать.

Ну мы с вами разобрались, что вы мечтали о карьере пианистки. А как вам из классического музыканта удалось переквалифицироваться в эстрадную певицу.

АПИНА: Вы знаете, это была такая ломка! Потому что я относилась к эстрадной музыке как, наверное, человек, который из эстрадной музыки знает только Аллу Пугачеву, и то в творчестве Аллы Борисовны считает самым удачным песни из «Иронии судьбы». Я знаю таких людей. Вся остальная эстрада - это эстрада.

Попса?

АПИНА: Нет, попса - это вообще ругательство страшное. Я, конечно, тоже была по- дурацки сломана, потому что именно так относилась ко всему тому, что называлось словом «эстрада». И это плохо, потому что человек, грамотный музыкально, должен знать всю музыку. И джаз, и поп-музыку, и народную, и классическую. И только после этого, после того, как он все узнал, сделать свой выбор. Тогда было сложно. Но я себя сломала и заставила себя это полюбить. Потому что узнала эту историю, эту профессию глубоко, изнутри.

Алена Апина и «Комбинация»

Первым шагом на эстраду было участие Алены Апиной в группе «Комбинация», в прошлом достаточно известной группе. Как вы туда попали?

АПИНА: Почему в прошлом? Группа «Комбинация» есть, как ни странно. Насколько я знаю, в каких-то ночных клубах Москвы они еще выступают. Сейчас началась такая любовь, ретро-волна, к кумирам 80-х. Мы еще тогда застали это время, поскольку начали работать в 87-88 годах, встали уже на профессиональную сцену. То есть, «Комбинация» - это все равно 80-е, хотя уже и близко к 90-м. Поэтому сейчас они работают. Таня - солистка. Конечно, работают уже не так много, поскольку, у них нет продюсера, нет верной руки, чтобы кардинально что-то изменить. Но старая любовь, огромная любовь страны к этой группе - она до сих пор жива.

Алена, не претило ли вам, как классическому музыканту, исполнять, скажем так, дешевую попсу? Что это, жажда денег или жажда славы? Что вами двигало?

АПИНА: Это интерес, прежде всего. Каких денег, Боже мой? Мы получали 10 рублей за выход на сцену, а туфли стоили 70. Даже мыслей не могло быть таких, что этой профессией можно заработать большие деньги. Тогда. Сейчас - конечно. Сейчас - новое поколение, которое начинает работать в шоу-бизнесе. Раньше это называлось «эстрада», сейчас это называется «шоу-бизнес» и, конечно, у них где-то в подкорке уже сидят большие деньги. У нас тогда слова «деньги» вообще не было. Был интерес и, в общем-то, любопытство. Просто любопытство.

А потом, очень много говорят о том, что сцена - наркотик. На самом деле, наверное, это так. Я вот до сих пор помню свой первый выход на сцену. На большую сцену, Дворец Спорта, семитысячник или восьмитысячник это был, в Волгограде. Когда ты выходишь и чувствуешь всю огромную энергию этих семи тысяч человек. Это непередаваемое ощущение. Это не власть, это еще не слава, это еще непонятно, что. Это - эстрада.

Алена, а вы не лукавите, когда говорите «Боже мой, какие деньги, - мы получали 10 рублей за выход»? Ведь популярность группы «Комбинация» была сравнима разве что с «Миражом» или «Ласковым маем». Мы знаем, что «Ласковый май» делал колоссальный чес по стране, как это сейчас принято говорить, и зарабатывал огромные деньги.

АПИНА: Секундочку, кто получал эти деньги? Получал один человек. Продюсер. А артисты, которые выходили на сцену - они также получали копейки, как и группа «Комбинация». Та же самая история происходила в «Мираже». И сейчас во многих коллективах происходит то же самое. Артисты, которые работают на сцене - не самые богатые люди. А продюсеры и те люди, которые придумали эту историю - почему бы и нет - они должны получать эти большие деньги, потому что они вложили в это изначальный капитал, они вложили туда свою фантазию, они это придумали, и это их детище.

Но вы же были солисткой этой группы вместе с Татьяной Ивановой. Вы же должны были получать какие-то деньги?

АПИНА: Да, но мы потом уже стали получать, в начале 90-х, конечно, это уже были другие деньги, например, 100 рублей, 150. На тот момент, когда я уходила в 1991 году из группы «Комбинация», я помню, что у нас уже пошли гонорары под 1000 рублей. Но, извините меня, я три года жизни отдала. И все равно, это не сказочные деньги. Вспомните 1991 год, когда страна обалдела от всего, что - вот оно, бери, сейчас ты станешь богатым!

А как вы считаете, чем Алена Апина и группа «Комбинация» покорили тогда Советский Союз? Ведь, на самом деле, песни - достаточно примитивные. Неужели талантом?

АПИНА: Нет, покорила, как это сейчас модно говорить, и, наверное, в контексте этой группы, это правильное слово, фишкой. До нас были девчачьи группы. Но это совпадение образов провинциальных девочек, песен... Россия - это же не Садовое кольцо, и даже не Москва, Россия - это огромная страна. Такие, как мы в «Комбинации» - это и есть Россия. Это не девушки из высшего общества. Поэтому и были песни «Америкэн бой», «Рашн гёрлз»... Да Боже мой, было время такое. Конечно, хотелось туда, хотелось быть лучшими, как-то все это совпало.

Как-то Ксения Собчак сказала, что, когда она приходит в эти клубы, ей не хватает той старой музыки, музыки 80-х, диско, под которую, действительно, можно танцевать. А сейчас вся эта кислотная музыка, рейв... Может быть, действительно, ее не хватает?

АПИНА: Каждое время диктует своих героев, своих кумиров. Я считаю, что мне сказочно повезло, что моя профессия сегодняшняя началась именно в те годы. Было совпадение ритмов того, что мы слышим по радио, со звуковых носителей и того, чего хотят слышать люди. От этого - полные стадионы и жажда наших песен. И потом, не было такого огромного разброса в исполнителях, как сейчас. Хочешь - кислотная музыка, хочешь - фолк, рок, поп. Что угодно. Сейчас огромная информация, как в жизни, так и в музыке, в частности. Поэтому, не хватает, а что делать?

А почему вы никогда в своем творчестве не использовали свое классическое образование? Ведь прочно у людей закрепилось такое мнение, что Алена Апина поет дешевые незамысловатые песни про любовь.

АПИНА: Ну почему дешевые незамысловатые песни про любовь? Во-первых, спеть песню про любовь - это тоже трудно. Знаете, когда я еще была в гуще классической музыки, когда я была еще совсем дурочка, то для меня был и остался кумир - это Сергей Прокофьев, это мой самый любимый композитор. Потом Шостакович, потом Шнитке, потом еще имена, которые интересно было слушать. Мама ничего не понимала. Говорила: «Ну что ты ставишь, какую-то музыку ужасную, это же невозможно слушать»! Я говорила: «Мама! Ты не понимаешь». В общем, один мой приятель постоянно слушал Моцарта. Я говорила: «Ну что там слушать?», а он говорил: «Ты не понимаешь, это - гений». Мы с ним очень долго спорили на эту тему, а потом я пришла к выводу, что написать одну простую мелодию моцартовскую, это самое дорогое, что может быть в жизни, чем придумать какой-то новый стиль. Это я к тому, что спеть какую-то песенку про любовь простенькую, но так, чтобы она запала каждому в душу, хотя бы в этой стране, я считаю гораздо большей победой, чем многое другое.

А вам не кажется, что некоторых людей такие песни раздражают, - с такими именно текстами, два притопа, три прихлопа, как, допустим, мы сейчас видим группу «Руки вверх», которые поют для 13-летних девочек?

АПИНА: Ну кто-то же должен петь для тринадцатилетних девочек, не может быть вакуума.

Но ведь столько артистов для них поют!

АПИНА: Кто?! Ну вот - «Руки вверх» оказались самыми яркими. Понимаете, мы растем, и мы не понимаем, что сейчас хотят 13-тилетние девочки. А «Руки вверх», видимо, очень хорошо это понимают. То ли понимают психологию этих девочек, то ли так у них сложилось, но не бывает вакуума и пустот. Как только они начинаются, в этот момент обязательно что-то заполнит их, даже если это вам и не нравится. А девочкам нравится. Как же без этого жить?

Как Алёна Апина выбирает песни

У вас есть сейчас программа для военных. Как нужно любить военных, чтобы сделать для них и вести такую программу? Как вы сказали, вы ведете ее просто на общественных началах. Почему звезда Алена Апина пришла в программу, которая заведомо ничего не приносит?

АПИНА: Тут дело такое, что публичный человек, коим я являюсь, многие вещи уже делает не для себя, потому что обязывает его жизнь, так сложилась. И когда меня попросили люди из Министерства Обороны, чтобы я вела для них эту программу, я согласилась.

В какой-то момент своей жизни, в 92-м или 93-м годах, я спела песню про Лёху. И, тем самым, на какое-то время, для многих стала кумиром армейской молодежи тех лет. Сейчас они уже выросли, сейчас они приходят на концерты вместе с женами и детьми и говорят мне спасибо за эту песню. Поэтому какое-то отношение к армии, моральное, внутреннее, я имею. Поэтому, когда меня попросили, я не могла отказаться, потому что очень много людей этой профессии меня любят. Но я не думала, что это будет так надолго, я думала, что это от силы на год.

А при выборе песен вы руководствуетесь своим собственным вкусом или же вкусом композиторов и людей, которые вас окружают?

АПИНА: Абсолютно по-разному. Во многом люди, которые окружают меня, могут подействовать, но есть такие моменты, когда за эту песню я буду биться до конца. Вот она никому не нравится, а мне нравится. Пусть она потом не станет суперпопулярной, но счастье, что она есть в репертуаре, и петь ее в концертах - удовольствие. И если уж песня любима всей страной, я буду ходить, высоко задрав нос и говорить: «Вы ничего не понимаете, я самая умная». Это вдвойне приятней. А иногда бывает, что мне навязывают какие-то песни, я плююсь, а потом оказывается, что это я дурой оказалось. Так получилось с «Электричкой».

Если вам какой-нибудь начинающий композитор принесет песню, вы заведомо знаете, что она глупая, что она никому не нужна, но вам скажут: «Мы заплатим тебе денег - ты спой».

АПИНА: А такие ситуации были.

И как вы на это реагируете?

АПИНА: Была очень смешная ситуация. Я не помню, где, в Краснодарском крае или в Адыгее, есть национальный герой. Они приехали, разыскали меня в Москве и сказали, что очень хотят, чтобы я спела эту песню. Я им так же сказала: «Ребята, мне это не интересно». Они говорят: «Нам интересно, мы Вам заплатим деньги и увезем с собой фонограмму. Мы будем ее слушать на нашем местном радио, крутить на дискотеках и т.д.». Я не знаю, для каких целей она была им нужна, но такой пример был. Да, мне заплатили немножко денег. Для меня это был нонсенс. Обычно я плачу деньги за то, чтобы спеть какую-то песню. А тут мне заплатили. Я ее спела, да. У меня ее забрали, и больше я ее не слышала.

В вашей творческой жизни было два основных периода: первый - это «Комбинация», и следующий период - это соло. Какой, на ваш взгляд, более удачный для вас?

АПИНА: Трудно сказать, потому что второй период еще не закончился, а может, будет еще какой-нибудь третий, кто ж его знает? Сейчас можно уже делать историческую оценку первого периода, «Комбинации». Да, это было хорошее время, это была юность, молодость, назовите как угодно. Об этом всегда вспоминаешь с каким-то особым чувством. Плюс еще, конечно, становление, как артистки. Что касается второго периода, он какой-то бесконечный, он долгий. Он еще, слава Богу, не закончился.

Он же прерывался на какое-то время?

АПИНА: Нет, почему все решили, что он прерывался? Просто нельзя быть постоянно популярным, это смешно. В тот момент, когда мои песни не особенно крутились по радио, по телевидению, в моей творческой жизни происходило все то же самое. Я записывала песни. Может быть, они были менее удачными, более удачными, - я не знаю. Ставились какие-то новые программы. Я также работала концерты, снимала клипы, но, видимо, в этот момент кто-то был более интересен, чем я. И это - нормальная ситуация. Нельзя нравиться всем каждый день. Даже мужу собственному сегодня ты особенно нравишься, завтра ты не особенно нравишься, послезавтра ты его вообще будешь раздражать, так же, как и он тебя. Это нормально. И чувствовать от этого какой-то внутренний дискомфорт я уже давно перестала.

Тогда я немножко по-другому задам вопрос. Знакомы ли вы с теорией волны Эдуарда Ханка?

АПИНА: Да, конечно.

Где в вашем творчестве были подъемы и где спады, как вам кажется?

АПИНА: Они постоянно идут. НЕ может быть одной волны, второй волны. Они у каждого артиста по-разному. Вот есть такая артистка - София Михайловна Ротару. Ее творческой биографии можно просто позавидовать. До сих пор она собирает полные залы, и так любима многими людьми и в нашей стране, и не в нашей стране. О каких волнах можно говорить? Она стабильно любима. Хотя особенно никаких хитовых песен уже давно нет. Может быть, они есть, но мы их не слышим. Может быть, нам это и не надо, потому что мы знаем, что это - певица Ротару. Мы знаем, что это свой знак качества, фирменное начало и т.д. Я почему-то с детства не завидовала такой фантастической в нашей стране биографии, как у Аллы Борисовны Пугачевой. Мне страшно жить такой жизнью. И когда я еще только начинала, я всегда смотрела на Эдиту Пьеху и Софию Ротару. Вот так для меня - это хорошо. Я буду благодарна Богу, судьбе и всему-всему, если моя судьба сложится именно так.

Значит, можно поставить под вопрос верность теории Ханка?

АПИНА: Конечно. Если бы была одна формула любви, написания хита, развития личности, все было бы скучно, примитивно и ужасно. Поэтому, эта теория волны, она может совпасть один - два раза, но есть же и другие примеры.

А как вы относитесь к тому, что Алла Пугачева, выше вами упомянутая, бросается из жанра в жанр? Вот у вас идет один жанр - поп-музыка. А Алла Борисовна и блатную песню поет, и рок-музыку поет, она все делает.

АПИНА: Я же не музыкальный критик, чтобы сидеть и говорить о творчестве других исполнителей. Почему нет? Она имеет на это право. Она в своей жизни сделала и спела все. В какой-то момент она не могла этого делать, потому что ее любили, и ждали от нее других хитов, а ей хотелось попеть, поэкспериментировать. А сейчас она имеет на это право, - нравится, не нравится, это уже дело десятое.

Тогда кого вы считаете достойным подражания в нашей эстраде?

АПИНА: Я же сказала, это Эдита Пьеха и София Ротару.

То есть, на них вы равняетесь?

АПИНА: Я не то, чтобы равняюсь, просто я была бы рада, если бы у меня также сложилась судьба.

А из молодых артистов кто вам больше всего нравится?

АПИНА: Их так сейчас много! Я говорила, что в 1988 году их было много, но сейчас их очень много. Мне очень многие нравятся, я просто боюсь сейчас кого-то забыть. А потом - дурацкое дело говорить «вот этот артист хорош, а этот плох». Это вкусовщина будет, и мало кому интересно. Меня год или два назад спрашивали, как я отношусь к творчеству Земфиры? Это действительно был феноменальный в нашей стране успех, действительно, полюбила вся страна эту девочку, безусловно, талантливую. И я тогда сказала об этом очень осторожно: «Давайте поговорим об этом через 10 лет». Я сейчас, я ловлю себя на слове, дело в том, что я права.

Хорошо. А дуэт «Тату»? Это же феноменальный успех. Ни один наш артист не добивался такого успеха на Западе.

АПИНА: Это замечательно, это здорово, но не такой ценой. Давайте чуть-чуть скидочку сделаем - но... если бы не этот налет. Они талантливые девочки, это хорошая музыка, это грамотно сделанный проект. Но, если бы без этого налета...

Как вы относитесь к нашему сегодняшнему шоу-бизнесу? Есть такая теория, что есть плохое шоу, а бизнеса нет вообще.

АПИНА: Нет, бизнес есть всегда. Он или плохой или хороший.

Вам не кажется, что это все искусственно на сегодняшний день? Искусственные улыбки, эти тусовки, которые собираются, это все куплено.

АПИНА: Естественно, куплено. Шоу-бизнес - это такой мир. Это придуманный мир. Это как сказка. Они сами его придумали и сами в него играют, сами в нем живут, из этого мира получают деньги, получают удовольствие и т.д. Не хочешь жить в этом мире - не живи. Не хочешь в него играть - не играй. Я отношусь к этому слову постольку - поскольку, потому что я не болею этим шоу-бизнесом. Мне повезло, что у меня муж - продюсер, и все эти авгиевы конюшни он разгребает сам. Я просто пою, работаю, гастролирую и пишу альбомы, песни. Вот и все. А всем остальным занимается он. Он больше в шоу-бизнесе, чем я.

Но вы же ходите на эти тусовки?

АПИНА: Что значит «на эти тусовки»? Мне каждый день присылают кучу приглашений на тусовки. Последний раз я была на дне рождения у Бори Моисеева, не потому что это тусовка, а потому что этот человек мне действительно дорог по жизни, я его очень люблю, и только поэтому я туда пошла. А на остальные... Я знаю таких людей - профессиональные тусовщики. Они постоянно ходят. Там интервью дадут, там засветятся, они больше ничего, к сожалению, в жизни не делают. А мне еще есть, что в жизни делать.

Алёна Апина: личная жизнь

Ну и слава Богу. А как вы относитесь к прессе? Сейчас такая тенденция, что прессу все ругают. На самом деле, пресса - это такая штука, которая зачастую и помогает артисту. Почти все артисты забрасывают туда утки сами. Далеко ходить не нужно - Юлиан, скажем. Последний скандал был, когда он отдал в газету свои фотографии, компрометирующие его, а потом просто подал в суд на эту газету.

АПИНА: Я жалею, что с ним произошла эта история. У меня сейчас есть пресс-секретарь. Когда еще у меня не было пресс-секретаря, любой журналист, который мне звонил, звонил сначала моему мужу, и если он считал, что это интересно, давал мой телефон. Журналисты напрямую звонили мне. Все было очень просто. Но это было года полтора назад. И я, в основном, всегда отказывалась, потому что не о чем говорить. Вот то, что я пою, оно мало кому интересно. Что я, приду, и буду рассказывать: «Вот в этой песне я хотела отобразить такие-то эмоциональные стороны своей души...»? Кому это интересно? Никому. Это моя личная внутренняя кухня.

Что касается личной жизни Алены Апиной, то я, пожалуй, единственная осталась в нашей стране, которая - за здоровый, нормальный, семейный смысл существования мужчины и женщины на этой планете. Поэтому и говорить со мной как бы не о чем. После того, как я взяла себе пресс-секретаря, потому что надоело самой обо всем договариваться, сейчас у меня началась сказочная жизнь: «Давай придумаем это, давай придумаем то». Она следит за каждым моим шагом. Позвонили, пригласили в кино, я поехала. Она мне звонит: «Ты где»? Я говорю: «Я в кино». Как? Ты что? Это же нужно всем сказать! И - бабах - написали газеты, мне начинают звонить. Я говорю: «Ребята, это простой сериал, одна серия из этого сериала, просто я там играла главную роль».

Это не Феллини, это не Кончаловский, это не Соловьев, не Михалков. Да, это интересно, но что из этого будет - я не знаю. Я о чем хочу сказать. Я всегда завидовала таким персонажам, как Мэрил Стрип, например. Она работает, выходят какие-то фильмы. Статьи о ней, сколько я не читала - это интервью о ее семье, о ее детях, о творческих планах. Она любима без всяких придумок. Я не понимаю, почему в нашей стране нельзя просто любить артиста.

Алена Апина и Мурат Насыров

Может быть, и нельзя. Вот вы так хорошо говорите, все хорошо. Но была же у вас история с Муратом Насыровым

АПИНА: Я объясню, какая история. Я недавно только узнала. Появился этот дуэт. Мурат Насыров стал вторым артистом у продюсера Александра Иратова. Естественно, это само собой подразумевает какой-то дуэт. Раскопали эту группу «Тичин», я написала слова, сделали аранжировку, спели ее, отдали на радио, вроде как здорово, и все спрашивают, а почему что-то надо делать? И позвонил журнал «Семь дней». Приехал журнал «Семь дней» ко мне на дачу, у меня как раз был Мурат, и вот они нас там щелкали, и, соответственно, комментарии ко всем этим фотографиям такие, от которых волосы встают дыбом. Это было ужасно.

Началась шумиха. Они позвонили и спросили у Александра Борисовича: «Ну что, надо их фотографировать, что писать-то»? А Александр Борисович им ответил: «Да пишите, что хотите». Вот они и написали, что хотели.

Но ведь вся страна твердила о том, что Алена Апина разбила семью Мурата Насырова?

АПИНА: Вы понимаете, какая история, у меня - муж и ребенок, у Мурата замечательная жена и двое детей, никто никого не разбивал, и в мыслях такого не было.

Как же всем хотелось, наверное, чтобы вы разбили семью Мурата Насырова.

АПИНА: Зачем?!

Людям это нравится, нравится читать об этом.

АПИНА: Я не думаю, что люди такие кровожадные и ужасные. Я говорю, что, наверное, в этом немножко виноваты журналисты. Какое-то зомбирование идет по поводу того, что артист не может быть нормальным. Он должен или в ванне лежать с мальчиком, если он мальчик, или это должна быть девочка с девочкой, или должны разбивать какие-то семьи и еще что-то. Я не знаю, что еще можно придумать. Это ненормально...

Сейчас вся наша эстрада, в основном, фанерная. Возьмем концерты той же самой группы «Руки вверх», «Демо», еще какие-то группы. Они ездят по стране, делают этот чес, собирают деньги и поют под фанеру. Неужели людям интересно ходить на такие концерты. Сейчас живьем никто не поет, кроме Кобзона...

АПИНА: Апиной.

Апиной, да. Ведь артисты нас кормят такими байками, что, «когда я приезжаю в какой-то город, там нет достойной аппаратуры», сразу напрашивается вопрос, а чего ты вообще туда поехал?

АПИНА: Секундочку, история совершенно одинаковая. Для того, чтобы поехать в город на концерт, администрация артиста - звукорежиссеры, администраторы, менеджеры, продюсеры - отправляют в этот город, устраивающий концерт, так называемую бумажку под названием «райдер». В этом райдере указано, что должно быть такое-то количество киловатт, столько-то комбиков, в общем, каких-то технических вещей, которые никому, кроме артистов, неинтересны, какие-то бытовые и профессиональные вещи. Они шлют ответ: «Да. Мы подтверждаем. Приезжайте. Все состоится».

У меня несколько раз тоже такая история была. Последний раз это было в Молдавии или на Украине, но не в России, точно. Я приезжаю. Мало того, что гостиница ужасная, но это я могу перенести. Но когда я приезжаю на огромный стадион, где стоят две бытовые колоночки - это просто неуважение к тем людям, которые пришли. Там хоть фанеру включи, хоть сам бегай, на ухо ори - они ничего не услышат. Там сидит пять тысяч человек, и для них технически невозможно ничего донести. Этот простой обман. Я думаю, что про такие ситуации артисты и пишут.

А что касается того, фанера это или не фанера, отличить одно от другого всегда можно. Не нравится вам фанера - так не ходите и не слушайте. А ходят и слушают. И просят - приезжайте еще. Артист имеет право работать под фанеру, раз людям это нравится.

Но, смотрите, допустим, та же самая ситуация в Москве, когда в ГКЦЗ «Россия» или в Кремлевском Дворце съездов, когда идут съемки «Песни года», идет концерт - там все поют под фонограмму. Приезжает Иосиф Кобзон, Муслим Магомаев и поют песню «Светит незнакомая звезда» без всякой фонограммы. Почему же люди, Алла Пугачева, София Ротару, Филипп Киркоров, есть же у людей голоса, почему же они поют под фонограмму?

АПИНА: Я объясню. Потому что это - момент телевизионной съемки. Очень тяжелый технически момент. Когда Иосиф Давыдович приезжает и поет под рояль - да, это можно. Но если, например, приедет группа «Тату» и под рояль споет... Какую песню она будет петь под рояль? У них нет таких песен, у них нет такого репертуара.

Но ведь минус можно поставить, музыку.

АПИНА: Зачем? Я же говорю, что это тяжелый технический момент. Я не звукорежиссер, но я точно знаю, что нужна особая обработка голоса. Это нужно ставить целый автобус аппаратуры, чтобы записать и чтобы послушать. Мне сейчас накладно содержать музыкантов. У меня 7 человек профессиональных, очень хороших музыкантов, это марка артиста. Конечно, мне можно было ездить по стране, включать минус и так работать. Но мне интересен сам процесс игры и пения, потому что я где-то могу забыть слова, где-то могу перепутать, они меня подхватывают. А потом, после концерта, мы садимся, смеемся и обсуждаем, как что звучало. Это нормальный музыкальный мир. Если я еще сейчас себя этого лишу, то зачем мне вообще тогда в этом мире быть?

Поэтому особенно не надо обращать внимание на телевизионные съемки. Это очень сложный технический процесс. Есть специальные живые концерты, их снимают, сколько у меня было таких концертов. Первый концерт в 1994 году снимали, «Лимиту», Михаила Танича, одна из первых поп-артисток, я вообще пластинку записала с концерта в «России». Вышла пластинка, так и называется «Лимита». Очень многие артисты работают свои сольные концерты. Для этого они делают огромные технические вливания, для того, чтобы это все прозвучало по телевидению. У одного артиста одни требования, у другого - другие, поэтому очень сложно бывает...

Еще о личной жизни Алены Апиной

Давайте еще затронем вашу личную жизнь. Чем Вы сейчас живете? У вас родился ребенок, я знаю, ее зовут Ксюша. Мама ездит на гастроли, мама записывает новые песни, мама работает. С кем остается дочка?

АПИНА: Вы знаете, в нашей стране 98% мам работают.

Я к тому, что есть ли у вас домработница?

АПИНА: Конечно же, у многих людей в современном мире, которые чего-то добились, есть люди, которые отвечают за быт. Потому что ты сам уже физически не можешь это объять, наверное, это и не нужно. Есть люди, более профессиональные и грамотные, которые будут за этим следить. То же самое касается няни. Слава Богу, что сейчас можно найти хорошую няню, которая никогда в жизни не заменит ни маму, ни бабушку самому ребенку, но вовремя поменяет памперс, накормит кашей и скажет, что скоро придет мама, а мама у тебя самая лучшая. Это - самое главное, что должна уметь делать няня.

А вам никогда не хотелось отказаться от карьеры ради своей семьи, бросить все и выносить мусор, убирать квартиру, готовить своему любимому мужу?

АПИНА: Зачем?

Ну как зачем? Обычное женское счастье.

АПИНА: Женское счастье в другом заключается. Не в том, чтобы выносить мусор и стирать носки мужа. Когда вечером мы собираемся за столом, кроме нас никого нет, только я, муж и наша дочь. Она уплетает кашу, я наливаю мужу суп, работает телевизор, по которому идут хорошие новости, звонит телефон. И я ловлю себя на том, что это состояние - и есть нормальное женское счастье. Поэтому зачем что-то менять, когда все это есть?

www.newsinfo.ru, 26.03.2003

версия для печати   
 
  
Хотите познакомиться?
Загрузка...